Сегодня, 11 марта, Бюро трудовой статистики США опубликовало данные индекса потребительских цен (ИПЦ) за февраль 2025 года. Инфляция продемонстрировала неожиданную стабильность: месячный рост составил всего 0,2%, что стало третьим месяцем подряд с замедлением роста цен. Годовая инфляция осталась на уровне 3,1%, полностью повторив показатель января.
Ключевые компоненты, обеспечившие эту стабильность, включают: рост стоимости жилья на 0,4% (продолжающееся постепенное замедление), незначительное увеличение цен на продукты питания на 0,1% по мере нормализации цепочек поставок, рост стоимости медицинских услуг на 0,3% (ниже среднего показателя 2024 года) и снижение цен на подержанные автомобили на 0,8%, что стало облегчением для потребителей.
Однако на фоне общей стабильности резко выделяется волатильность на энергетическом рынке. Цены на энергоносители выросли на 1,8% только за февраль, в основном из-за колебаний стоимости бензина. Цена на нефть марки WTI в течение месяца колебалась в диапазоне от 72 до 84 долларов за баррель, что означает колебание на 16% всего за 28 дней. Эта нестабильность создает риски передачи роста цен на транспортные расходы, производственные затраты и коммунальные платежи, эффект от которых может проявиться в данных за март и апрель.
Экономисты отмечают, что текущая стабильность существенно отличается от экстремальных показателей 2022-2023 годов, когда месячный рост ИПЦ регулярно превышал 0,8%. Это говорит о структурных улучшениях в цепочках поставок и на рынке труда. Прогнозы Конгресс-бюджетного управления предполагают, что инфляция в среднем составит 2,5% во второй половине 2025 года, но с существенными вариациями в зависимости от цен на нефть.
Федеральная резервная система оказалась перед сложным выбором. Стабильность базовой инфляции (исключающей продовольствие и энергоносители) указывает на результативность жесткой денежно-кредитной политики. В то же время неопределенность на энергетическом рынке осложняет дальнейшие ориентиры. В настоящее время участники рынка оценивают вероятность снижения ставки ФРС к июню 2025 года в 65%.
Финансовые рынки отреагировали на отчет сдержанно. Доходности казначейских облигаций первоначально снизились на фоне стабильных общих данных, но позже восстановились по мере осмысления последствий для энергетического рынка. На фондовом рынке реакция была секторальной: акции энергетических компаний росли, а бумаги секторов, чувствительных к ставкам, — снижались.
