Известный экономист и макротрейдер Алекс Крюгер назвал «криптоактивы» в их текущем виде провальным классом активов, несмотря на активное внедрение блокчейн-технологий в сферах стейблкоинов, токенизации, рынков предсказаний, децентрализованных бессрочных контрактов, ИИ и приватных монет. Основная претензия Крюгера — большинство токенов не создают долгосрочной ценности для держателей, а основатели и инсайдеры систематически злоупотребляли отсутствием регулирования, выводя ликвидность за счет розничных инвесторов. По его словам, ситуацию усугубил «мемкоин-сверхцикл», который обескровил рынок, и непрекращающаяся волна взломов DeFi-протоколов, резко усилившаяся с апреля прошлого года.
Однако Крюгер видит и перспективные направления. Он подчеркнул, что многие из растущих сегментов — это скорее «блокчейн», чем «криптовалюта» в прежнем смысле. Исключениями он считает токены, напрямую связанные с выручкой или механизмами возврата капитала, и особо выделил Hyperliquid, который распределяет большую часть доходов между держателями через байбэки. Среди «старых» категорий остаются востребованными приватные некастодиальные средства сбережения — в первую очередь Zcash, который, по наблюдениям Крюгера, демонстрирует рост на фоне снижения биткоина, указывая на переток капитала. Направление ИИ он также не считает «мертвым», хотя называет большинство ИИ-токенов спекулятивными, выделяя проект Venice как пример платформы с реальной пользовательской базой и доходами.
Противоположную точку зрения высказал основатель Curve Finance Майкл Егоров. В то время как инвесторы переключаются на акции компаний в сфере искусственного интеллекта, а крипторынок испытывает давление, Егоров напомнил о фундаментальной ценности децентрализованных активов. Он заявил, что цифровые активы — это не временный тренд, а критическая инфраструктура для будущего финансов, построенная на принципах личного суверенитета и бесперебойных, не зависящих от посредников сетей. По его мнению, рыночные фундаментальные показатели сильны как никогда, о чем свидетельствует активное внедрение криптосистем крупными финансовыми институтами для расчетов, кастодиального обслуживания и токенизации. В отличие от Крюгера, Егоров считает, что ИИ-сектору, напротив, может грозить период стагнации с падением качества и ростом издержек, тогда как роль криптовалют в финансовой системе необратима.
Итог дискуссии — поляризация взглядов. Крюгер резюмировал: «Старый „крипто“ — провальный класс активов, но из пепла рождаются новые начала». Егоров же призвал не смешивать краткосрочные ценовые движения с базовой трансформацией глобальных финансов. Общая капитализация крипторынка на момент публикаций колебалась в районе $2,28 трлн.
