Сооснователь Ethereum Виталик Бутерин выступил с программным заявлением о ценностном позиционировании эфира. В воскресной ветке на платформе X он призвал рассматривать ETH прежде всего как средство сбережения (store of value), а не как инструмент сжигания комиссий. По его словам, аргументация в пользу модели fee-burning, набиравшая популярность в прошлом рыночном цикле, оказалась существенно слабее, чем казалось.
Бутерин отметил, что механизм EIP-1559, запущенный в 2021 году и сжигающий часть каждой транзакционной комиссии, «в порядке и хорош», и сеть должна сохранять его даже при том, что объём сжигания лишь частично компенсирует эмиссию новых монет. «Но нам не следует расстраиваться, если сжигание комиссий будет оставаться ниже 10% от точки безубыточности бесконечно долго; ценность ETH проистекает из других источников», — написал он.
Ключевая часть аргументации Бутерина касается так называемого «пола» цены. Согласно модели оценки fee-burning токенов, рыночная капитализация актива должна равняться годовому объёму сжигания, делённому на ставку дисконтирования: при сжигании $1 млрд в год и ставке 4% естественный оценочный «пол» составил бы $25 млрд. Однако, как подчеркнул Бутерин, «это никогда не было настоящим полом». Он напомнил, что большая часть сожжённого ETH в 2021–2023 годах была обеспечена «крипто-внутренними» сценариями использования, доходность которых падала бы вместе с ценой самого эфира. В качестве примера он привёл «цифровую распродажу обезьян», сжёгшую $180 млн комиссий за один день: речь шла о продаже виртуальной земли Otherside от Yuga Labs, когда пользователи платили до $10 000 за транзакцию, а сами NFT Otherdeed сейчас стоят около $150.
По мнению Бутерина, аргумент о «поле» работает только при наличии внешней поддержки доходного потока. Сегодня Ethereum, как он считает, имеет «более сильные претензии на такую внешнюю поддержку» благодаря растущему рынку токенизированных реальных активов (RWA), однако эта активность вряд ли создаст прежние всплески комиссий, поскольку ведёт себя как «обычный зрелый стабильный бизнес».
Для иллюстрации масштаба Бутерин привёл корпоративное сравнение: оправдание рыночной капитализации ETH (около $270 млрд) только за счёт сжигания комиссий сделало бы Ethereum сопоставимым с компанией уровня L'Oréal. При этом, по его оценке на основе ИИ-расчётов, L'Oréal тратит около 0,58% капитализации на исследования и разработки ежегодно. Повторение такой нормы «почти немедленно обанкротило бы Ethereum Foundation» и потребовало бы внутрипротокольного финансирования в размере около 700 000 ETH в год, что сократило бы доходы валидаторов на две трети.
Вместо оптимизации под сжигание, которое, по словам Бутерина, требует «высокоинтервенционистского управления» и подталкивает к росту цен на газ, он предлагает сосредоточиться на базовых качествах сети: децентрализации, устойчивости к цензуре и захвату, открытости исходного кода, приватности и безопасности (концепция CROPS). «В эпоху disruptions, связанных с ИИ, стабильность будет высоко цениться», — подчеркнул он. Для держателя ETH как средства сбережения «первая и самая важная метрика — выжить».
Заявление Бутерина получило поддержку в индустрии. Сооснователь Solana Анатолий Яковенко согласился, что «нельзя делать комиссии продуктом». Юрист Габриэль Шапиро из MetaLeX назвал ветку «моментом, когда природа исцеляется», а основатель Moonrock Capital Саймон Дедич заявил, что позиционирование ETH как средства сбережения — «самый сильный бычий кейс для Ethereum и одновременно самая простая история для продажи институциональному капиталу».
Публикация появилась примерно через пять недель после отзыва спорного предложения EIP-8363, которое предусматривало сжигание растущей доли вознаграждений валидаторов по мере увеличения объёма стейкинга. На момент выхода материала ETH торговался на уровне $2 236, снизившись на 0,3% за день.
