Polymarket начала переговоры с регуляторами Великобритании и Евросоюза, добиваясь, чтобы её событийные контракты классифицировались как финансовые продукты, а не азартные игры. Как сообщает Financial Times, компания уже провела встречи с Европейским управлением по ценным бумагам и рынкам (ESMA) и Европейской комиссией. При этом ни один европейский регулятор пока не одобрил смену статуса платформы.
Polymarket настаивает, что такие контракты должны подпадать под действие директивы ЕС о рынках финансовых инструментов (MiFID), а не разрозненных национальных законов об азартных играх. Это позволило бы выстроить более единый регуляторный маршрут вместо получения игорных лицензий в каждой стране. Однако финансовая классификация не гарантирует автоматического доступа к розничным инвесторам.
Главная проблема — двойственная природа контрактов. В июле ESMA указала, что событийные контракты следует оценивать по сути задаваемого вопроса. Если контракт квалифицируется как финансовый инструмент, выплата по принципу «да/нет» может подпадать под национальные ограничения на продажу бинарных опционов розничным клиентам. Часть контрактов может одновременно считаться ставками по игорному законодательству. Таким образом, смена регулятора не устраняет ограничения, а лишь меняет их тип: могут появиться лицензионные требования, а продукт всё равно останется недоступным для обычных инвесторов.
В Великобритании позиция ещё жёстче. Управление по финансовому надзору (FCA) считает, что предсказательные рынки на нефинансовые события — спорт и политику — относятся к сфере азартных игр. Финансовые событийные контракты, которые изучал регулятор, он рассматривает как бинарные опционы и запрещает продавать их розничным потребителям. То есть перенос продукта из игорного периметра в финансовый в Великобритании не снимает запрет, а лишь меняет правовое основание.
Во Франции давление уже перешло в блокировку: в июле национальный регулятор азартных игр предписал интернет-провайдерам заблокировать Polymarket, придя к выводу, что платформа предлагает несанкционированные услуги в сфере гемблинга. Другие европейские юрисдикции также ограничивали операторов предсказательных рынков, формируя фрагментированное регулирование, которого Polymarket пытается избежать.
Polymarket ссылается на американскую модель, где событийные контракты могут обращаться в рамках федерального деривативного регулирования под надзором CFTC. В США Kalshi недавно захватила около $9,6 млрд из примерно $10 млрд недельного объёма торговли неспортивными предсказательными рынками. Это показывает, как регуляторный доступ и розничная дистрибуция напрямую влияют на долю рынка. Впрочем, в США правовой статус таких контрактов также оспаривается, особенно на стыке с законами штатов об азартных играх.
Для Европы ключевой вопрос — не просто терминология, а то, какие контракты и кому можно будет предлагать. Контракты, привязанные к процентным ставкам, валютам и макроданным, больше похожи на деривативы, тогда как рынки на спорт и политику могут остаться в сфере игорного регулирования. Единая классификация всей модели предсказательных рынков затруднена.
