В ходе интервью телеканалу Fox News, бывший президент США Дональд Трамп сделал два ключевых заявления относительно Ирана. Во-первых, он подтвердил, что война между США и Ираном «уже закончилась», повторив свою позицию, впервые озвученную в марте 2020 года. Во-вторых, Трамп заявил, что Иран «очень стремится заключить сделку», что указывает на возможный сдвиг в риторике после многолетней политики «максимального давления».
Исторический контекст отношений между двумя странами остаётся крайне напряжённым. Апогеем противостояния стал январский удар 2020 года, в результате которого был убит командующий силами «Кудс» Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Касем Сулеймани, и последовавший ракетный обстрел Ираном баз США в Ираке. С 2018 года США действовали в рамках стратегии «максимального давления», выйдя из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) и введя жёсткие санкции. В ответ Иран, по данным МАГАТЭ, начал наращивать ядерную программу, доведя обогащение урана до 60% и нарастив парк центрифуг.
Эксперты оценивают заявления Трампа скорее как политический и дипломатический сигнал, а не как отражение реальности на местах. Доктор Елена Родригес из Центра стратегических исследований отмечает, что объявление войны «законченной» – это инструмент для создания новых условий для переговоров. При этом прокси-конфликты с участием Ирана в Йемене, Сирии и Ливане продолжаются, а военное присутствие США в регионе сохраняется.
Потенциальное возобновление сделки столкнётся с серьёзными препятствиями: глубоким взаимным недоверием, разногласиями по ядерной программе, требованиями Ирана о гарантированном снятии санкций, а также озабоченностью США и Израиля деятельностью иранских прокси-групп. Внутриполитическая ситуация в обеих странах также осложняет переговоры.
Последствия для глобальных рынков могут быть значительными. Смягчение напряжённости и возможное снятие санкций с иранской нефти может вернуть на мировой рынок более 1 миллиона баррелей в день, что создаст давление на цены на нефть. Это, в свою очередь, способно повлиять на инфляционные ожидания и монетарную политику ключевых центральных банков.
