Стивен Пу, сооснователь Taraxa, в своей колонке указывает на системную проблему: универсальные блокчейны, такие как Ethereum и Solana, не могут эффективно решать специфические операционные задачи реального бизнеса. В строительстве, лизинге оборудования и других отраслях ключевой проблемой являются споры, для разрешения которых нужны не сложные финансовые транзакции, а простые, неизменяемые аудиторские следы — фиксация «кто, что и когда сказал».
Эти сообщения по своей природе бессостоятельны: они не требуют проверки сложных криптографических подписей, смарт-контрактов или решения проблемы двойного расходования. Их главные свойства — неизменность и правильный порядок. Для их обработки не нужен весь вычислительный аппарат Ethereum, что открывает путь для создания специализированных блокчейнов первого уровня (Layer 1), оптимизированных под конкретные отрасли. Такие сети могут работать быстрее и эффективнее, экономя ресурсы, так как в них отсутствуют ненужные для аудита функции.
Параллельно в традиционных финансах возникает противоположная потребность — в большем контроле и соблюдении регуляторных требований. Институциональные игроки, размещающие реальные активы (RWA) в блокчейне, сталкиваются с необходимостью встроенных функций KYC (Know Your Customer), AML (борьба с отмыванием денег), возможностью блокировки кошельков и отмены транзакций. Текущие публичные блокчейны не могут этого обеспечить на уровне протокола консенсуса, что вынуждает финансовые учреждения строить собственные приватные и пермишенные сети. Яркие примеры — JPMorgan с Kinaxis, Stripe с Tempo и layer-2 сеть Robinhood на базе Arbitrum.
При этом универсальные блокчейны, такие как Bitcoin и Ethereum, не исчезнут. Они могут выполнять роль якоря безопасности для нишевых сетей, предоставляя механизмы для фиксации периодических снимков состояния или разрешения споров. Таким образом, экосистема движется к модели, где повседневные операции отрасли выполняются на оптимизированных под её нужды блокчейнах, а безопасность усиливается за счёт привязки к крупным, проверенным сетям.
Отдельный вызов для Ethereum демонстрируют данные после недавнего обновления Fusaka, активированного 3 декабря 2025 года. Оно поэтапно увеличило целевой показатель доступности данных (blob) с 6 до 14 на блок, а максимальный — с 9 до 21. Целью было снизить стоимость работы layer-2 роллапов. Однако анализ MigaLabs за три месяца показал, что реальная загрузка сети не только не выросла, но и снизилась: медианное количество blob упало с 6 до 4 на блок после первого расширения параметров. Более того, блоки с 16 и более blob демонстрируют повышенный процент пропусков (miss rate) — до 1.79% при максимальной загрузке в 21 blob, что указывает на проблемы с надёжностью на пределе новых возможностей.
Эти данные ставят под вопрос немедленную необходимость дальнейшего увеличения пропускной способности. Обновление Fusaka, хотя и стабилизировало экономику blob через введение минимального резервного тарифа (EIP-7918), не привело к ожидаемому всплеску использования. Это указывает на то, что «узким местом» для масштабирования layer-2 сейчас является не доступность данных, а другие факторы, такие как экономика секвенсоров или активность пользователей.
