Палата представителей США 16 сентября приняла Закон о защите плательщиков за электроэнергию (Ratepayer Protection Act) 417 голосами против 3. Документ обязывает регуляторов штатов рассмотреть стандарт, по которому операторы дата-центров мощностью более 100 мегаватт должны покрывать дополнительные расходы на генерацию, передачу и распределение электроэнергии, чтобы не перекладывать их на домохозяйства и малый бизнес. Председатель комитета по энергетике и торговле Бретт Гатри заявил, что закон гарантирует, что «компании, строящие дата-центры, а не американские семьи и малый бизнес, платят за используемую электроэнергию».
На этом фоне акции разработчиков атомных реакторов резко выросли: Oklo (OKLO) прибавила 11,31%, до примерно $39,90 на премаркете в пятницу; X-Energy подскочила на 12,08%, до $16,33; NuScale Power выросла на 8,92%. У Oklo консенсус-рейтинг Buy и средний целевой ориентир $85,46, у X-Energy — Moderate Buy и ориентир $33,71. Бумаги Oklo, несмотря на рост, остаются ниже своих 20-, 50-, 100- и 200-дневных скользящих средних, RSI около 48. Рост носил характер краткосрочной реакции на политические новости: урановый комплекс практически не отреагировал, а Oklo и NuScale пока не вышли на выручку и с начала года теряют 36–49%.
Законопроект работает через раздел 111(d) Закона о регулировании коммунального хозяйства 1978 года (PURPA) и кодифицирует часть добровольного обязательства Ratepayer Protection Pledge, которое в марте подписали Amazon, Google, Meta, Microsoft, OpenAI, Oracle и xAI. Против проголосовали лишь три прогрессивных демократа — Саммер Ли, Делия Рамирес и Рашида Тлаиб. При этом штаты вправе отклонить стандарт, поэтому документ является скорее политическим сигналом, чем жёстким юридическим мандатом. Сенат ещё не рассматривал документ, и аналитики считают, что до промежуточных выборов он вряд ли будет принят.
Для крипторынка новость остаётся нейтральной: она касается акций энергетических и атомных компаний, а не криптоактивов. Законодательный механизм направлен на дата-центры, а не на майнинговые фермы, поэтому прямого регулирующего влияния на цифровые активы нет.
