Потребительская инфляция в Южной Корее в июле замедлилась сильнее прогнозов: годовой рост индекса CPI составил 2,8% против 3,0% в июне и ожидаемых рынком 3,0%. По данным Статистического управления Кореи, это первый случай падения показателя ниже трёхпроцентной отметки с начала 2024 года. В помесячном выражении цены повысились лишь на 0,2% после июньского прироста в 0,1%.
Базовая инфляция, исключающая волатильные продукты питания и энергоносители, также продемонстрировала ослабление: в годовом исчислении она снизилась до 2,6% с 2,8% месяцем ранее. Это указывает на то, что ценовое давление спадает по широкому спектру товаров и услуг, а не только в отдельных категориях.
Одновременно Банк Кореи сообщил об увеличении валютных резервов страны до $427,95 млрд на конец июля (против $427,36 млрд в июне). Рост на $590 млн обусловлен ослаблением доллара, повысившим стоимость номинированных в других валютах активов, и подорожанием золота. Этот эффект был частично нивелирован снижением стоимости иностранных ценных бумаг, принадлежащих корейским финансовым институтам. В структуре резервов $368,8 млрд приходится на иностранные ценные бумаги, $21,6 млрд — на депозиты, $4,8 млрд — на золото, оставшаяся часть — специальные права заимствования и резервная позиция в МВФ. По объёму резервов страна сохраняет девятое место в мире.
Замедление инфляции происходит на фоне паузы Банка Кореи в цикле ужесточения: с января 2024 года ключевая ставка удерживается на отметке 3,50% (максимум за 15 лет). Снижение CPI ниже официального годового прогноза регулятора в 3% усилило рыночные ожидания возможного смягчения денежно-кредитной политики. Впрочем, центробанк сохраняет осторожный тон, ссылаясь на геополитические риски и волатильность мировых цен на энергоносители.
Для южнокорейских домохозяйств замедление инфляции означает ослабление давления на стоимость жизни, а для бизнеса — потенциальное улучшение потребительских настроений. В региональном контексте тренд соответствует общемировой тенденции постепенного охлаждения ценового роста, наблюдаемой в Японии, и контрастирует с дефляционными рисками в Китае. Рост резервов, в свою очередь, укрепляет устойчивость экономики к внешним шокам и поддерживает доверие инвесторов.
