Европейская комиссия приступила к масштабной оценке единой системы налогообложения криптовалют, стремясь диверсифицировать источники финансирования бюджета Евросоюза на период 2028–2034 годов. Согласно внутреннему документу, распространённому среди стран-членов и Европарламента, предлагаемая архитектура криптоналогов способна привлечь до €20 млрд в качестве собственных ресурсов для Многолетней финансовой программы (MFF) объёмом €1,96 трлн.
Два параллельных механизма сбора. В основе инициативы лежат два направления. Первое, наиболее доходное, предусматривает введение налога в размере 0,1% на каждую криптотранзакцию в пределах ЕС. По внутренним расчётам, эта мера обеспечит от €3 млрд до €4 млрд ежегодных поступлений, опираясь на прогнозные объёмы торгов 2025 года. Второе направление предполагает унифицированный налог на прирост капитала от продажи цифровых активов, который, по оценкам на базе данных 2022 года, добавит в общий бюджет ещё €1–2,4 млрд в год. Однако авторы документа признают высокую волатильность рынка и сложности с определением резидентства трейдеров, что снижает точность прогнозов.
Привязка к DAC8. Предложение сознательно увязано с вступившей в силу 1 января 2026 года директивой DAC8, которая обязала поставщиков криптоактивовых услуг (CASP) автоматически собирать и передавать налоговым органам данные о транзакциях около 50 млн европейских пользователей. Первоначально DAC8 задумывалась как инструмент против уклонения от налогов, но теперь её инфраструктура используется для обоснования собственных бюджетных доходов ЕС.
Предупреждения индустрии. Глава европейского подразделения Circle Патрик Хансен предупредил, что введение налога на транзакции на регулируемых платформах подтолкнёт трейдеров к децентрализованным площадкам, где контроль за соблюдением требований остаётся слабым. Это, по его словам, способно подорвать эффективность всей схемы.
Политические препятствия. Несмотря на амбициозные планы, реализация единого криптоналога сталкивается с серьёзным барьером: налоговый суверенитет остаётся у стран-членов, и для принятия закона требуется единогласное одобрение всех 27 государств ЕС. Исторически подобные инициативы блокировались юрисдикциями с низкими налогами или развитым технологическим сектором, что ставит под вопрос достижение консенсуса.
