В условиях региональной напряженности спикер парламента Ирана призвал США отказаться от политики, которую он охарактеризовал как «Израиль прежде всего». Это заявление представляет собой четкое изложение позиции Тегерана по внешней политике и совпадает по времени с внутренними переменами в стране.
Политический контекст и сдвиг в сторону жесткой линии внутри иранского руководства, о котором сообщает The Wall Street Journal, усиливает конфронтационный характер заявлений. Как отмечают аналитики, недавние конфликты ускорили отстранение умеренных голосов от власти и привели к консолидации власти среди фигур, тесно связанных с Корпусом стражей исламской революции (КСИР). Новый верховный лидер Моджтаба Хаменеи олицетворяет эту идеологическую трансформацию.
Эксперты, включая геополитического аналитика Эймонна Шеридана, указывают, что эти изменения не создают условий для компромисса, а, наоборот, укрепляют позиции конфронтационных элементов. Это отражается на подходах к переговорам по ядерной программе и региональной безопасности, которые в настоящее время находятся в тупике.
Ключевым рычагом давления Ирана остается энергетическая безопасность. Стратегия Тегерана включает целенаправленные действия по дестабилизации критически важных маршрутов транспортировки энергоносителей, в первую очередь Ормузского пролива. Через этот узкий водный путь ежедневно проходит около 21 млн баррелей нефти, что составляет примерно 21% мирового потребления. Действия КСИР, такие как захват судов, провокации с помощью катеров и дронов, приводят к росту страховых премий для судоходства на 300-400% и добавляют волатильности на мировые энергетические рынки.
В дипломатической сфере сохраняются серьезные разногласия между Ираном и западными странами по вопросам ограничения ядерной программы, деятельности региональных прокси-сил и снятия санкций. Одновременно Тегеран углубляет отношения с Россией и Китаем, что создает альтернативные партнерства и снижает давление с целью достижения компромисса с Западом.
