Глава исследовательского подразделения Galaxy Алекс Торн в своём анализе указал на дивергенцию путей развития двух ключевых технологических секторов: майнинга биткоина и искусственного интеллекта. По его мнению, эти сферы движутся в противоположных направлениях с точки зрения централизации.
Майнинг биткоина, который начинался как децентрализованная активность на персональных компьютерах, теперь требует специализированного оборудования (ASIC) или промышленных ферм, что ведёт к концентрации вычислительной мощности в руках крупных игроков. Это вызывает опасения относительно долгосрочной устойчивости сети, являющейся фундаментальным принципом криптовалют.
В то же время искусственный интеллект, по мнению Торна, может пройти обратный путь. Начавшись с централизованных кластеров в дата-центрах, ИИ может стать более персонализированным и локальным. Исследователь объяснил, что по мере того, как передовые модели сталкиваются с «дефицитом данных, ограничениями контекста и узкими местами памяти», открытые модели могут сократить разрыв. «Если локальные модели будут становиться меньше, дешевле и эффективнее, ИИ может становиться всё более персональным и устройственно-ориентированным», — заявил Торн.
Этот тренд подтверждается прогнозами для рынка Edge AI — технологий, выполняющих обработку данных непосредственно на устройствах. По данным Grand View Research (GVR), глобальный рынок Edge AI вырастет примерно с $25 млрд в 2025 году до прогнозируемых $119 млрд к 2033 году, что означает рост на 300%. Этот бум обусловлен взрывным ростом интернета вещей (IoT), потребностью в обработке данных в реальном времени с низкой задержкой и растущим вниманием к конфиденциальности данных.
Параллельно наблюдается географическая децентрализация майнинга биткоина. Отчёт криптобиржи KuCoin показал, что в некоторых регионах США стоимость майнинга одного BTC превысила $100 000 из-за высоких цен на электроэнергию. Это привело к миграции хеш-рейта в страны «Глобального Юга», такие как Парагвай и Эфиопия, где доступен избыток гидроэлектроэнергии. KuCoin отмечает, что такая географическая диверсификация повышает безопасность сети, делая её менее уязвимой к политическим или экологическим потрясениям в отдельно взятой стране.
