Курс доллара США к южнокорейской воне достиг отметки 1495, что является максимальным уровнем с марта 2009 года, периода глобального финансового кризиса. По итогам торгов пара USD/KRW закрылась на уровне 1494,44 воны, продемонстрировав рост на 0,66% за сессию. Пробитие психологического барьера в 1490 вон спровоцировало срабатывание стоп-лоссов и алгоритмических ордеров, ускорив движение.
Основными причинами ослабления воны аналитики называют значительный разрыв в денежно-кредитной политике между Федеральной резервной системой США и Банком Кореи, а также устойчивый дефицит торгового баланса страны. Сильная экономика США и сохраняющиеся инфляционные риски поддерживают жесткую риторику ФРС, в то время как Банк Кореи ограничен в возможности повышать ставки из-за сложной картины внутреннего роста. Это делает активы, номинированные в долларах, более привлекательными для инвесторов.
«Уровень в 1500 вон 2009 года — это мощный ориентир как для трейдеров, так и для политиков, — отмечает доктор Мин-джи Пак, старший экономист Корейского института финансов. — Его пробитие стало бы не просто техническим событием, а сигналом о глубокой потере доверия».
Параллельно с валютным кризисом на фондовом рынке Южной Кореи произошло резкое падение. Индекс Kospi рухнул более чем на 8%, что привело к автоматическому срабатыванию «предохранительного выключателя» (circuit breaker) и остановке торгов на 20 минут. Это первая рыночная остановка такого масштаба с 2020 года.
Резкий спад на фондовом рынке был вызван опасениями относительно глобального экономического роста, что особенно сильно ударило по ориентированным на экспорт южнокорейским компаниям, таким как Samsung Electronics и Hyundai Motor. Дополнительное давление оказали отток иностранного капитала с развивающихся рынков и общая негативная геополитическая повестка, усиливающая спрос на доллар как на актив-убежище.
Эксперты подчеркивают, что, несмотря на схожесть валютных уровней с 2009 годом, фундаментальная ситуация отличается. В отличие от системного банковского кризиса 2008-2009 годов, текущие проблемы вызваны макроэкономической дивергенцией и структурными торговыми дисбалансами. Финансовый сектор Южной Кореи сегодня считается более здоровым и капитализированным.
Слабая валюта оказывает двойственное влияние на экономику. С одной стороны, она повышает конкурентоспособность экспортеров, увеличивая их выручку в воновом выражении. С другой — ведет к росту импортируемой инфляции, поскольку страна сильно зависит от ввоза сырья, энергоносителей и продовольствия, что снижает покупательную способность населения.
Власти страны обладают значительным инструментарием для стабилизации ситуации, включая валютные интервенции с использованием золотовалютных резервов, превышающих $400 млрд, и вербальные интервенции. Однако их действия будут взвешенными, чтобы избежать обвинений в манипулировании курсом.
