Южнокорейские власти обозначили возможный компромисс в регулировании стейблкоинов, номинированных в вонах: технологические компании смогут становиться крупнейшими индивидуальными акционерами эмитентов, однако банковский консорциум в целом должен сохранять коллективный контроль. Об этом 12 ноября 2026 года заявил Ю Ён Джун, директор по политике цифровых финансов Комиссии по финансовым услугам (FSC), на форуме Seoul Economic Daily Stablecoin Forum в Сеуле.
Суть предложенной модели — банки должны совместно владеть не менее чем 50% плюс одна акция в компаниях, выпускающих стейблкоины. При этом отдельная технологическая платформа может держать долю больше, чем любой отдельный банк. Эмитенты будут работать как отдельные юридические лица, а не как подразделения банков. По мнению FSC, участие банков на старте важно из-за их опыта в управлении капиталом и соблюдении антиотмывочных требований. Технологические компании, в свою очередь, обеспечат блокчейн-инфраструктуру, платёжные системы и клиентские сервисы.
Предложение появилось в рамках подготовки Базового закона о цифровых активах, который должен создать комплексную систему лицензирования, выпуска и обращения криптоактивов. Документ ещё не принят, в Национальной ассамблее уже находится около 11 законопроектов о цифровых активах, а финальные требования к собственности, лицензированию и срокам будут зависеть от парламентских обсуждений.
Корейские компании уже готовятся к запуску. Kakao Pay и KakaoBank в сентябре объявили о партнёрстве с Fireblocks для изучения сервисов на базе стейблкоинов после более раннего сотрудничества с Circle. Финтех-платформа Toss вместе с Optimism и Sunnyside Labs разрабатывает proof of concept для платежей в вон-стейблкоинах. Возможное объединение Naver Financial и Dunamu, оператора биржи Upbit, также может создать заметного участника рынка. По данным FSC, в Южной Корее насчитывается примерно 10–11 млн криптобиржевых счетов, что соответствует пятой части населения.
Сопредседатель DSRV Со Бён Юн считает, что регулятору стоит заранее определить дорожную карту расширения круга эмитентов по мере развития рынка. Ограничения, по его словам, могут снижать конкуренцию и ослаблять стимулы для создания инновационных платёжных сервисов.
Южнокорейская инициатива — часть более широкого спора в Азии о том, кто будет контролировать расчётную инфраструктуру. В Японии MUFG, SMBC и Mizuho готовят единый механизм расчётов в иеновых стейблкоинах с целевым запуском к концу марта 2027 года. При этом регулируемые иеновые стейблкоины уже существуют: JPYC работает после пересмотра Закона о платёжных услугах, а SBI Holdings и Startale Group в июне 2026 года начали ограниченное распространение JPYSC внутри счетов SBI VC Trade. На Тайване опубликованный 6 ноября проект требует, чтобы банки и финансовые холдинги владели более 50% небанковского эмитента, а минимум один финансовый институт имел долю свыше 25%; уставный капитал должен составлять не менее NT$300 млн. В Гонконге из 36 заявок на первом раунде лицензий одобрили только HSBC и Anchorpoint Financial — это 5,6%.
На этом фоне долларовые стейблкоины USDT и USDC сохраняют серьёзное преимущество: по оценке МВФ, почти 99% стейблкоинов номинированы в долларах США. Локальные токены в вонах, иенах и гонконгских долларах должны будут выстраивать сопоставимые каналы ликвидности и погашения. Южнокорейская Toss, как сообщается, готовит поддержку кошельков для долларовых стейблкоинов, что может дать этим активам дополнительный доступ к клиентской базе, хотя сроки и масштаб компания не подтверждала.
Для регуляторов продвижение локальных стейблкоинов — это не только вопрос технологий, но и сохранение роли национальных валют в цифровых платежах. Если долларовые токены начнут использоваться для повседневных внутренних расчётов, они станут более прямым конкурентом традиционным депозитам и национальной платёжной инфраструктуре. Ближайшие месяцы покажут, появятся ли не декларации, а работающие правила погашения и реальные трансакции за пределами эмитентов.