Премьер-министр Великобритании Кир Стармер объявил об уходе в понедельник, завершив двухлетнее правление и открыв путь к седьмому премьеру за десятилетие. Фунт стерлингов упал ниже $1,32 впервые за три месяца, а доходность 10-летних гособлигаций осталась вблизи 4,85% — всего на шаг от максимумов после кризиса 2008 года.
Решение Стармера не стало шоком: давление на него росло с февраля, а после уверенной победы его соперника-лейбориста Энди Бернэма на парламентских выборах в пятницу рынки уже закладывали смену руководства. Однако именно подтверждение отставки сняло неопределённость лишь частично, тут же усилив премию за политический риск в британских активах. Стерлинг потерял около 0,3% до $1,319, продолжив трёхпроцентное падение с февраля.
Главный удар пришёлся по рынку госдолга. Доходность десятилетних гилтов остаётся выше, чем у любого другого крупного развитого рынка, отражая хронические опасения по поводу бюджетной дисциплины и слабого роста Британии. Инвесторы опасаются, что Бернэм, которого считают более левым политиком, может отойти от жёстких фискальных правил, введённых министром финансов Рэйчел Ривз. В опционах на фунт вырос спрос на защиту от дальнейших колебаний.
Индекс голубых фишек FTSE 100 практически не сдвинулся с отметки 10 358 пунктов. Это спокойствие аналитики объясняют структурной особенностью британского рынка акций — большинство крупнейших компаний получают выручку за рубежом. Слабый фунт даже способен раздуть их долларовые доходы в отчётности. По словам главного аналитика CMC Markets Андреаса Липкова, «инвесторы придают больше значения прогрессу в американо-иранских переговорах, чем внутриполитическому шуму в Вестминстере».
На глобальном фоне доллар США держался устойчиво на фоне геополитических рисков и роста доходности казначейских облигаций. Перспектива перемирия между США и Ираном, обсуждаемого при посредничестве Катара и Пакистана, несколько ослабила опасения за поставки нефти через Ормузский пролив, но валютные рынки сохранили осторожность. Фунт остаётся заложником внутренней политической турбулентности, а FTSE 250, более привязанный к британской экономике, остаётся уязвимым к замедлению потребительского спроса и дорогим займам.
