Рынок токенизации физических активов, оцениваемый уже в $30 млрд, вступает в новую фазу: в фокусе оказываются стратегическое сырьё и платёжные инструменты. Ключевые игроки — от JPMorgan Chase до Банка международных расчётов — ускоряют перевод реальных активов на блокчейн, а ранние проекты Bridgetower Capital, Chainlink, Ondo Finance и ALCUM выстраивают инфраструктуру для ончейн-рынков меди.
По оценкам Ripple и BCG, совокупный объём токенизированных активов к 2033 году достигнет $18,9 трлн, что заметно выше консервативных прогнозов McKinsey в $2–4 трлн. Ripple уже развернула институциональный стейблкоин Ripple USD (RLUSD) с капитализацией $1,74 млрд и месячным объёмом переводов $14,31 млрд. Её блокчейн XRP Ledger обрабатывает $3,69 млрд активов в рамках 302 реальных проектов, включая токенизированные казначейские облигации США (фонд Ondo на $293,9 млн) и дробную недвижимость в Дубае.
Медный рынок переживает структурный дефицит: годы недоинвестирования, длительные циклы разработки месторождений и растущий спрос со стороны ИИ-инфраструктуры и электрификации превращают медь в стратегический ресурс. Партнёрство Bridgetower Capital и Chainlink по оцифровке медного проекта в Аризоне стоимостью $11 млрд идёт дальше простой токенизации складских запасов — оно интегрирует данные о добыче, запасах и операционных метриках в программируемый слой. Параллельно Ondo Finance обеспечивает ликвидность через токенизированные гособлигации, а специализированная платформа ALCUM привязывает стоимость структурированных инструментов к результатам реальной промышленной деятельности.
Экосистема токенизации уже опирается на институциональные рельсы: европейский регламент MiCA, платформы Onyx от JPMorgan и Fireblocks, а также сети оракулов Chainlink, верифицирующие внебиржевые данные в реальном времени. Это снижает барьеры для входа традиционного капитала, превращая медь и расчётные токены XRP в ключевые элементы нового рыночного ландшафта.
