Совокупный объём транзакций стейблкоинов в 2025 году превысил $33 трлн, вдвое превзойдя показатели Visa и Mastercard вместе взятых, а прогноз на 2026 год указывает на рост до $46 трлн. Капитализация рынка в первом квартале 2026 года достигает $320 млрд, а основным драйвером стали не спекуляции, а реальные платежи: объём коммерческих и розничных переводов удвоился до $400 млрд, причём 60% пришлось на B2B-расчёты. 77% корпоративных пользователей называют главной целью оплату поставщикам, а 41% фиксируют экономию не менее 10% на издержках.
Особенно заметен эффект в сегменте денежных переводов: только Tether (USDT) обработал $156 млрд транзакций менее чем на $1000. Мигранты, фрилансеры и граждане стран с гиперинфляцией используют стейблкоины как замену доллару, недоступному через традиционные банки. «Для этих людей стейблкоин — не инвестиция, а платёжное средство, сохраняющее покупательную способность», — отмечается в исследовании.
Стремительному взлёту способствовало несколько факторов. Во-первых, регуляторная определённость: в июле 2025 года в США был подписан GENIUS Act, а в Европе полностью вступил в силу регламент MiCA. Это позволило JPMorgan, Citi, Stripe и PayPal запускать собственные или глубоко интегрировать существующие стейблкоины. Во-вторых, скорость обращения таких активов удвоилась по сравнению с началом 2024 года — их тратят, а не хранят. В-третьих, они заполняют вакуум в странах с неэффективной банковской системой и валютными ограничениями.
Однако эксперты предупреждают: успех может оказаться хрупким. Совместное исследование MIT и Банка Англии указывает, что даже обеспеченные 1:1 стейблкоины могут потерять привязку к доллару при рыночном стрессе из-за «узких мест» при погашении и сбоев на рынках репо и госдолга. Банк международных расчётов неоднократно обращал внимание на опасность «трений при redemption» и волны изъятий, способной дестабилизировать рынок казначейских облигаций. «Мы не создаём ценность, а импортируем её, — заявил профессор Лондонской школы бизнеса Ричард Портес. — Стейблкоины — слабый и рискованный заменитель реальных денег, безумно выгодный для эмитентов, которые не платят проценты по депозитам, но вкладывают резервы в доходные госбумаги».
Дополнительные риски создаёт высокая концентрация: на первые четыре стейблкоина приходится 93,5% эмиссии. Сбой любого из гигантов грозит системными последствиями. К тому же на горизонте маячат цифровые валюты центробанков (CBDC) и токенизированные депозиты, которые предлагают ту же программируемость и мгновенные расчёты под прямой защитой государства и страховых фондов.
Как отметил в интервью Lux Thiagarajah, директор по коммерции OpenPayd, будущее — за единой инфраструктурой, объединяющей фиатные и стейблкоин-ликвидности. «Клиентам нужна одна интеграция, которая даёт доступ к счетам, платежам, FX и цифровым активам без необходимости перестраивать систему при масштабировании», — подчеркнул он. Однако, по его словам, ключевая задача — заставить все компоненты работать согласованно так, чтобы конечному пользователю это казалось простым. Пока же стейблкоины, доказав свою востребованность, остаются «колоссом на глиняных ногах», чья устойчивость не проверена в условиях глобального кризиса ликвидности.
