В интервью изданию BeInCrypto сооснователь фонда Daylight Freedom Аарон Дэй, долгосрочный пользователь криптовалют и бывший председатель проекта Free State Project, высказал мнение, что биткоин с 2015 года постепенно отошёл от своей первоначальной миссии стать альтернативой государственным финансовым системам и движется в сторону интеграции в традиционную банковскую инфраструктуру.
Дэй начал использовать биткоин ещё в 2012 году, когда в его родном Нью-Гэмпшире многие рестораны и магазины принимали его напрямую как расходуемую цифровую валюту. На тот момент основная нарративная линия в сообществе вращалась вокруг биткоина как инструмента, решающего проблемы финансового кризиса 2008 года и не требующего посредников.
Однако, по его словам, к 2017 году ситуация резко изменилась: комиссии в сети взлетели, время подтверждения транзакций увеличилось с секунд до дней, что лишило биткоин его фундаментальной утилитарности как средства для быстрых одноранговых расчётов.
Параллельно, как отмечает эксперт, произошёл концептуальный сдвиг в восприятии актива: из «электронных денег» биткоин превратился в «цифровое золото» — инструмент для сбережения, а не для ежедневного использования. Этот переход совпал с развитием решений второго уровня, таких как Segregated Witness (SegWit) и Lightning Network, которые, по мнению Дэя, были техническим компромиссом, изменившим природу сети.
Ключевым моментом, по версии аналитика, стало изменение структуры финансирования разработки ядра биткоина. После краха некоммерческой Bitcoin Foundation в 2015 году, которая изначально поддерживала ключевых разработчиков, финансирование взял на себя Массачусетский технологический институт (MIT) через свою инициативу Digital Currency Initiative под руководством Джои Ито, связанного с Джеффри Эпштейном. По мнению Дэя, это привело к тому, что разработка стала ориентироваться на интересы институциональных игроков, а не на сохранение децентрализованной природы протокола.
В итоге, сегодня биткоин глубоко интегрирован в традиционную финансовую систему через биржевые фонды (ETF), институциональный кастоди и резервы государств. «Чем дальше, тем больше становится ясно, что весь криптовалютный сектор был захвачен», — заключил Аарон Дэй.
