Эксперты отрасли сходятся во мнении, что 2026 год может стать поворотным моментом для перехода капитала в блокчейн-среду. Это будет обусловлено не технологическим прорывом, а зрелостью поведения участников рынка, регуляторной ясностью и расширением класса активов за счёт токенизации реальных активов.
Ключевым изменением в 2025 году стал сдвиг в восприятии институциональных инвесторов. Вопросы перешли от «Как быстро это может расти?» к «Как это встраивается в портфель?». Такие аспекты, как кастодиальные услуги, управление, аудируемость и соответствие регуляторным нормам, вышли на первый план. Это сигнализирует о переходе класса активов из фазы экспериментов в фазу раннего внедрения.
В отрасль начал поступать «тихий капитал» от состоятельных частных инвесторов (HNWI) и семейных офисов. Их инвестиции носят структурный и долгосрочный характер, направленный на хеджирование рисков и доступ к параллельной финансовой инфраструктуре, а не на спекулятивную торговлю. Такой капитал обладает низкой волатильностью оттока.
Регуляторная определённость, вопреки распространённому мнению, стала катализатором, а не препятствием. Чёткие правила, даже строгие, позволяют капиталу точно оценивать риски. Глобальные инициативы, такие как CARF, и ужесточение регулирования в таких юрисдикциях, как Индия, делают стоимость участия в блокчейн-среде более предсказуемой, что критически важно для институций.
Важным драйвером является расширение класса цифровых активов за пределы криптовалют. В 2025 году были анонсированы проекты по токенизации недвижимости и земли. Нью-Йоркская фондовая биржа объявила о запуске параллельной площадки для торговли токенизированными активами с расчетами на блокчейне, что может упразднить традиционные сроки расчетов T+1/T+2.
Первым реальным массовым кейсом использования «денег в блокчейне» могут стать международные переводы (реммитансы). Блокчейн предлагает явные преимущества в скорости, стоимости и прозрачности по сравнению с традиционными фрагментированными системами.
Одним из ключевых вопросов 2026 года станет позиция регуляторов, в частности Резервного банка Индии (RBI), в отношении стейблкоинов. В то время как RBI продвигает модели цифровых валют центробанков (CBDC), глобально стейблкоины играют растущую роль в ликвидности и расчетах. Решение Индии по этому вопросу определит степень её интеграции в глобальные блокчейн-финансовые системы.
Параллельно с этим, отрасль продолжает развиваться благодаря крупным игрокам. Binance и Coinbase доминируют на рынке криптобирж, обеспечивая доступ для миллионов пользователей. IBM, Ripple и Hyperledger являются лидерами в предоставлении корпоративных блокчейн-решений. Стартапы, такие как Sahara AI (децентрализованный ИИ) и Aptos Labs (масштабируемость), привлекают значительные венчурные инвестиции. Circle с её стейблкоином USDC играет ключевую роль в снижении волатильности и обеспечении ликвидности.
Таким образом, 2026 год вряд ли запомнится как год полного перехода денег в блокчейн, но может стать годом, когда ключевые решения и конвергенция поведенческих, регуляторных и инфраструктурных факторов заложат основу для этого перехода как неотъемлемого операционного слоя глобальных финансов.
